Взгляд на многие проблемы экономической интеграции в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) совпадает с их видением из разных стран. Но есть и проблемы, по которым еще предстоит договариваться и объясняться. Среди них - оценка последствий интеграции для ресурсной экономики, роль энергетического фактора в региональной интеграции, позиции центра, регионов, власти, бизнеса, населения в отношении порождаемых интеграцией конфликтов.

Последняя из вышеперечисленных проблем вызывает особый интерес. Это связано с тем, что конфликт интересов между странами в действительности может представлять собой конфликт групповых интересов внутри одной страны. Один из возможных примеров этого – соперничество между Китаем и Японией за маршрут российского нефтепровода "Восточная Сибирь – Тихий Океан". Есть основания предположить, что это было не соперничество между Японией и Китаем. Настоящие соперники были в России и представляли интересы крупного российского бизнеса и российской власти на федеральном и региональном уровне.

Понимание причин интеграционных проблем – первый шаг на пути их решения. Непонимание – первый шаг к конфликтам и разрыву интеграционного пространства. Понимание предполагает обсуждение, что по отношению к выбранной теме предполагает анализ роли ресурсно-энергетического фактора в региональной интеграции. Читать дальше >>

Трайфект - понятие из области азартных игр. Оно означает ставку на трёх участников одного забега с указанием последовательности, в которой они придут к финишу. Сегодня это понятие перекочевало в сферу международных финансов. Оно точно характеризует то, что происходит в настоящее время с динамикой цен на три важнейших инструмента финансовых рынков - золото, акции и казначейские облигации США. Эти активы растут одновременно, что наиболее зримо проявилось в осенние месяцы 2009 года. Такое случалось только дважды за последние пятьдесят лет и не поддается рациональному объяснению.

Действительно, эти три актива находятся на разных линиях и уровнях по критериям хеджирования от инфляции и риска. Золото и акции - спасительная гавань для инвестора в условиях инфляции, избегающего риска. Облигации же гарантируют процентные доходы и возврат номинала в будущем. Инфляция все это обесценивает и превращает облигации в непривлекательный актив. По критерию риска - золото и облигации позволяют избежать риска. Акция - актив рискованный. В конечном итоге - эти три инструмента не могут расти однонаправлено и одновременно. Но они растут. Почему?

Одно из возможных и правдоподобных объяснений - рынок деформирован. Деформирован действиями монетарных властей США, которые выкупают правительственный долг, представленный облигациями. Выкупают в рамках программы антикризисного управления, вливая в экономику дополнительную ликвидность по принципу: вы нам бумаги (облигации) - мы вам деньги. Поэтому цены и соответственно доходность облигаций не отражают рыночные реалии и потребности частных инвесторов.

Во что может вылиться политика одновременной поддержки цен на эти активы? Поскольку она ведет к напряжению и перекосам на рынке, то она должна проявиться на других рынках, и в первую очередь на валютном рынке. Дополнительная ликвидность и связанные с ней низкие процентные ставки ведут к ослаблению доллара. Рост цен на активы может создать иллюзию выхода из кризиса и преждевременного закрытия пакета стимулирующих мер фискального характера. Что будет потом?

Возможно и то, что случилось с последним зафиксированным одновременным ростом золота, акций и облигаций. Это было в начале 1980х. Ставка сразу на три актива привела к падению акций и золота и сваливанию экономики в рецессию "двойного окунания". Это может повториться и сейчас. В одну и ту же реку кризиса можно войти дважды.

Финансовые пузыри в экономике связывают с повышением цен на активы по отношению к которым можно употребить прилагательные как солидные, серьезные, уважаемые. В первую очередь к ним относят недвижимость и ценные бумаги. Однако неисповедимы пути разрастания и проявления кризисных явлений. Свидетельством тому - эффект чеснока в китайской экономике.

В ноябре 2009 года цены на чеснок в главной "чесночной" провинции Цзиньсян превосходили мартовские в 40 раз. Если идти дальше вниз по цепочке поставок чеснока, то по сообщениям China Business News спрос на оптовых рынках больших городов Китая цены выросли в 10 раз, и в 4 раза в среднем в национальном масштабе.

Но важны не столько абсолютные показатели роста цен, сколько сравнительные. И в этом аспекте приведенные показатели не могут не впечатлять. Например, в сравнении с 77% повышением цен за 2009 год на фондовом рынке Шанхая.

Каковы причины роста цен на чеснок? Слухи о том, что чеснок может предотвратить свиной грипп? Популярность травяных средств в китайской народной медицине? Сокращение земли под посевы чеснока из-за низких цен 2008 года? Все это конечно подталкивало рост чесночных цен, но не до такой же степени.

Главная причина надувания чесночных цен - обильно разливающаяся по всей китайской экономике ликвидность. Пакет стимулирующих мер, объявленный в Китае в ноябре 2008 года, достиг отметки 4 триллионов юаней (585 миллиардов долларов). Этот пакет и есть ворвавшаяся в экономику дополнительная ликвидность. Чеснок лишь попался на ее пути. Спрос на него со стороны спекулянтов значительно превысил спрос со стороны потребителей. Превысил так, что по сообщениям China Business News спрос на денежные средства таков, что банки и банкоматы в Цзинсян едва справляются с их предоставлением.

Как определить содержание "эффекта чеснока"? Как неизбежное появление необычно высоких цен на отдельные обычные товары в условиях роста ликвидности и активной антикризисной политики.

Какая польза от этого эффекта? Хотя бы информационная. Например, 25 ноября в Китае ужесточили правил трансферта иностранной валюты для физических лиц. Но еще за несколько месяцев до этой даты события на рынке чеснока свидетельствовали - необходимо усилить контроль над притоком горячих (спекулятивных) денег в страну.

В раздел добавлены 4 статьи:

• Проблемы экономического роста в регионе с высоким природноресурсным потенциалом
• Природные ресурсы как фактор ускоренного экономического роста в условиях регионализма открытого типа
• Теория избыточного ресурса
• Издержки добычи как индикатор обеспеченности ресурсами

Мы постараемся прикоснуться к экономическому миру природных ресурсов. Это удивительный мир со своими законами. Понять их могут не только экономисты. И все-таки экономистом нужно немного быть. Кто такие экономисты? Можно сказать и так – это те, кто знает ответ на три следующих вопроса. Первый – чем отличается рост цен от инфляции? Второй – почему часть прибыли входит в издержки? Третий – почему издежки не имеют никакакого отношения к цене? Четвертый – почему страны не имеющие проблем с природными ресурсами неизбежно имеют проблемы с экономическим ростом.

Читать далее

Есть ли сила способная вытянуть посткризисную экономику на траекторию устойчивого развития? Есть ли развивающийся рынок уже сейчас в два раза более емкий, чем рынки Китая и Индии вместе взятые?

Такие сила есть, и такой рынок есть - доказывают аналитики Бостонской консультационной группы (БКГ) Рана Форухар и Сюзан Гриберг. Эта сила - женский фактор. Это рынок - женский шоппинг как макроэкономическое явление, в котором большая часть решений как ответов на вопрос "Что? Где? Для кого? По какой цене?" принимается именно женщинами. Причем объем и заполнение этих ответов принципиально изменились за последние годы.

По оценкам БКГ женщины контролируют 12 триллионов долларов ежегодных потребительских расходов. Это две трети из общих суммарных 18,4 триллионов ежегодных мировых потребительских расходов. Это сумма, динамично растущая не только в абсолютном, но и в относительном измерении - доходы женщин растут на 8,1 процентов в год в сравнении с 5,8 процентов роста доходов мужчин. Причем финансовый кризис увеличивает этот разрыв, поскольку большая часть увольнений (в США - 80 процентов) - увольнения мужчин.

Но важны даже не количественные оценки, хотя и они впечатляют. Важна качественно новая модель женских расходов. В отличие от расходов мужчин, женщины более склоны тратить на то, что сильнее стимулирует рынок и поднимает благосостояние. Это расходы, связанные со здоровьем и образованием. Важна и более высокая склонность женщин сберегать. Важна и заложенная в природе женщин более высокая склонность избегать финансово рискованного поведения.

Пока мужская составляющая мирового спроса доминирует. Глобальные доходы женщин в 2008 году составили 10,5 триллионов долларов. Мужчин - в 2,2 раза больше - 23,4 триллионов. Но тренд, если взять прогнозные оценки на 2013 год, - в пользу женщин. Разрыв сокращается.

В конечном итоге, делают вывод эксперты, в макроэкономическом аспекте подъем женщин как грандиозного трансграничного поднимающегося рынка по своим последствиям для мировой экономики соизмерим с подъемом Индии и Китая.

Банковские системы многих стран, включая Россию, вошли в кризис со следующими парадоксами.

Первый парадокс связан с негативными последствиями страхования депозитов. Страхование повышает опасность недобросовестного поведения банковского менеджмента, что увеличивает число сделок с высоким риском. Одновременно возрастает и опасность ложного выбора - вкладчикам все равно, в какой банк нести свои деньги, поскольку все депозиты застрахованы.

Второй парадокс - боязнь конкуренции с вытекающим отсюда стремлением ее ограничить. Причина? Конкуренция увеличивает вероятность ложного выбора. Это объясняется тем, что уровень конкуренции определяется числом участников банковской деятельности, а чем оно больше, тем ниже ожидаемая доходность. Но чем ниже ожидаемая доходность, тем выше риск, на который готовы идти банки в своей коммерческой деятельности. Этой логической цепочкой и обосновывается необходимость защиты банков от конкуренции. Каким образом? Ограничениями на филиалы и лицензионными требованиями.

Третий парадокс - статус крупных банков как неприкасаемых банков. "Неприкасаемость" проявляется в проблеме "слишком крупный, чтобы лопнуть" - "too big to fail". Она стала принципом политики - "сбережения" крупных банков, потому что если власти позволят им обанкротиться, то негативные последствия будут весьма ощутимыми, и не в последнюю очередь для самих властей, как монетарных, так и политических. Понимание крупными банками своего особого статуса ведет к четвёртому парадоксу.

Четвертый - у крупных банков более рискованные операции. Причина - если клиенты знают, что их банк слишком крупный, у них не будет стимула заниматься мониторингом его деятельности и изымать свои депозиты в случае, если банк возьмет на себя слишком много риска. Этот вывод подтверждается и практическим анализом.

Банковская система выходит из кризиса 2008-2009 годов. Парадоксальность как ее характеристика еще более усилилась. Страхуются все большие по суммам вклады, доминируют все более крупные банки, проводятся все более рискованные сделки. Старые парадоксы принимают форму новых вызовов. Искать ответы на них - вот что должно быть в повестке дня экспертного сообщества.

Японская ловушка рассматривается как ликвидная ловушка, которую рыночная экономика без вмешательства государства не способна скорректировать. Но это и такое состояние экономики, в котором не срабатывают традиционные инструменты экономического подъема - снижение процентных ставок и увеличение правительственных расходов.

В тоже время, по мнению автора, попадание экономики Японии в ситуацию длительной рецессии не является специфически японским явлением. У нее есть и универсальные для многих экономик черты. Некоторые из них характерны и для российской экономики. Но важность проблемы японской ловушки и в концептуальном и практическом плане осознается не многими экономистами.

В этой связи рассматриваются возможные пути выхода из японской ловушки. Особо выделен предлагаемый американским экономистом П.Кругманом инфляционный путь выхода.

Читать полность

Добавлена статья "Новые подходы к оценке перспектив развития экономических отношений КНР и США: эффект глобального кризиса".

Китай превратился в одну из великих держав, без которой уже невозможно представить себе мировую экономику и политику. И эта держава - одна из главных проблем США: государство с нерыночной экономикой и правящей коммунистической партией - это прямой вызов для штатов. Но США потому и являются крупнейшей экономической державой, что экономические интересы в стране имеют приоритет перед политическими устремлениями. Высокий уровень развития торгово-экономических отношений является одной из основ стабильности американо-китайских отношений в настоящее время.

Более того, взаимоотношения между США и Китаем, несмотря на обильную политическую риторику, в экономическом отношении считаются настолько прекрасными, что многие эксперты говорят об экономическом симбиозе этих двух стран. Так, взаимосвязанность и взаимозависимость США и Китая порождают версию под названием "двуглавый дракон". Основная идея данной версии заключается в том, что в 21 веке будут владычествовать в мире две сверхдержавы: США и КНР. Основными геополитическими факторами, определяющими мировое будущее, станут G2 - Китай и Америка, а не G20 ("Great 20" или как их еще называют"Group 20") – "Большая двадцатка" или "Группа 20"

Симбиоз двух экономик, в самых общих чертах, можно представить следующим образом. Американские корпорации уже много лет переносят свои производства в Китай, активно используя китайскую политику "открытых дверей". Выгоды корпораций очевидны – китайская рабочая сила стоит в десять, двадцать, а то и в пятьдесят раз дешевле, чем собственно американская, поэтому расходы на оплату труда в себестоимости продукции (которые по отдельным товарам могут доходить по 50%), резко падают. Падение себестоимости влечет рост прибыли, поэтому рентабельность корпораций, перенесших производство в Китай, зашкаливает за все разумные пределы. Причем финансовый мировой кризис послужил только толчком для того, чтобы этот процесс принял массовый характер. Читать дальше

Также добавлена статья Модернизация России: есть ли шанс? и задача Доходность международного бизнеса: расчет реального курса рубля

Опубликованы данные (за октябрь 2009 года) о состоянии японской экономики. Они заставляют обратиться к бестселлеру 2009 года - книге самого читаемого экономиста 21 века, лауреата Нобелевской премии по экономике за 2008 год Пола Кругмана с характерным названием "Возвращение экономики депрессии и кризис 2009 года". У самой концептуально значимой, на наш взгляд, третьей главы этой книги также примечательное название - "японская ловушка".

Японская ловушка - уникальная ситуация в экономике. Ее первое проявление - пузыри особых размеров. Ее формат - рецессия с обострениями. Ее длительность - не имеет аналогий: свыше десяти лет. Ее интеллектуальные последствия - значительная потеря интереса к Японии со стороны американских экономистов, управленцев, бизнесменов.

К последнему обстоятельству - потере интереса к Японии - Кругман возвращается неоднократно. Почему это произошло? Возможная причина - для американцев по-настоящему интересны только успешные экономики. Но это лежащее на поверхности объяснение. Глубинная причина - не готовность экономической науки и бизнеса воспринять то, что произошло и происходит в Японии. Воспринять то, что, по нашему мнению, может быть названо движением по пути "от японского чуда - через японскую ловушку - к неопределенному экономическому будущему". Поэтому автор и пишет: "Я продолжаю изумляться, как мало экономистов во всем мире осознают, насколько важна проблема японской ловушки и в практическом плане, и как вызов всем нашим экономическим доктринам".

Почему же важна проблема японской ловушки?

Во-первых, потому что ее предыстория - это предыстория не просто успеха, а чуда. Японских темпов экономического роста ни одна страна, даже Советский Союз во времена Сталина, никогда не достигала. Поэтому есть только одно экономическое чудо - японское, а не советское или южнокорейское, или индийское или какое-то другое.

Во-вторых, потому что ловушка оказалась связана с универсальным для всех экономик явлением пузыря. Но какого пузыря! В своей максимальной точке в начале 90-х годов японская экономика по капитализации компаний стала больше американской. Самый известный фактоид: квадратная миля земли под Императорским Дворцом в Токио в 1992 году стоила больше, чем вся территория американского штата Калифорнии.

В-третьих, важность осмысления японской ловушки определяется парадоксами ее новейшей истории. С одной стороны, вторая экономика мира, с высокообразованными и внутренне мотивированными к труду работниками, с современными производственными фондами, впечатляющими технологиями, стабильным правительством. С другой стороны, экономика, большую часть времени после начала 90-х, проведшая в просадке и сползании, то есть в состоянии, которое описывается понятием "slump", не сводимому к понятию "crisis". Потерю одного десятилетия можно рассматривать как неблагоприятное стечение обстоятельств, внешний рок. Потерю второго, а Япония в этом состоянии уже 16 лет - на внешние обстоятельства не списать.

В-четвертых, как понять безуспешность попыток выбраться из ловушки? Все известные и всеми используемые инструменты не сработали. Не сработало снижение процентных ставок - они вышли на нулевой уровень, но этого оказалось недостаточно. Не сработала массивная программа общественных работ, хотя правительственные расходы были увеличены настолько, что дефицит бюджета достиг 10 процентной отметки от ВВП.

Возникает вопрос - если эти стимулирующие инструменты перестали работать в Японии, то почему они не могут перестать работать в Америке или другой страной?

На этот вопрос пока нет ответа.

Но есть ответ на другой знаковый вопрос - что делать Японии? Ответ, который дает Кругман, и восхищает, и разочаровывает. Как восхищает и разочаровывает любой простой ответ: все гениальное - просто, но все что просто - мы и сами знаем.

Ответ - как путь выхода - в ожидаемой инфляции. Нужно сформировать условия для того, чтобы ожидалась инфляция. Только она заставит тратить, только она отвратит от стремления сберегать и накапливать.

Сторонникам этой точки зрения придется противостоять широко распространенному мнению, скорее даже вере, что ценовая стабильность всегда предпочтительна и желанна. Но важность ценовой стабильности не базируется на стандартных экономических моделях. Наоборот, учебник экономической теории применительно к японской ситуации, прямо укажет на инфляцию как на естественное решение проблемы ловушки (смотри в словаре).

"Традиционная экономическая теория и традиционная экономическая мудрость - это не всегда одно и тоже" - заключает Кругман.

Китайский юань: невозможное возможно?

Заявление российского министра финансов Алексея Кудрина о том, что "сейчас пока невозможно использовать юань как резервную валюту" вызвало немало вопросов. Но главных два. Почему не возможно? Что означает - пока невозможно?

Почему не возможно рассматривать юань как резервную валюту и включить его в валютную структуру российских резервов?

Потому что юань не обращается на мировых рынках и рынок не является единственной движущей силой курса юаня. Управление курсом юаня в значительной степени является "ручным". И эта рука - китайских властей. Их политическая воля и приводит в действие нерыночные факторы курса. И куда повернет эта явно не слабеющая рука - очевидно не в сторону интересов экономических партнеров Китая.

Потому что у Китая нет правительственных ценных бумаг подобных американским казначейским векселям и бондам, куда инвесторы, начиная с центральных банков других стран, могли бы вкладывать туда свои средства.

Потому что конвертируемость, делающая валюту резервной, требует снятия ограничений не только по текущим операциям, но и по операциям с капиталом. Но иностранные инвесторы не имеют возможности свободно инвестировать в акции, долговые инструменты, депозиты номинированные в юанях. Не имеют возможности на свободную репатриацию капитала, то есть на свободное возвращение капитала и прибыли из Китая в страну пребывания инвестора.

Но разве не размываются эти три "потому что"? Размываются. Условия для "резервирования" юаня формируются.

Во-первых, формируется юаневая зона Восточной Азии - китайскую валюту разрешено использовать при заключении контрактов с 10 странами региона через механизм свопа. Об этом сообщалось в новости "Весь мир в сети китайских свопов. К резервной валюте - через свопы". Такую возможность получают и южноамериканские страны. Есть договоренность по расчетам в национальной валюте в приграничной торговле с Россией.

Во-вторых, в конце сентября 2009 года были выпущены впервые вне зоны материкового Китая государственные облигации номинированные в юанях. Сумма впечатляющая. Если ее перевести в доллары, то это - 880 миллионов долларов. Выпуск сопровожден рядом оговорок-ограничений, он доступен не всем, но важен сам факт такого выпуска.

В-третьих, неумолимо, действует фундаментальный фактор - фактор соответствия экономических размеров страны и статуса ее валюты. Действует медленно. Изменение статуса запаздывает, образуется временной лаг. Поэтому не очевидно, что конкретно означает "пока невозможно использовать юань как резервную валюту". Очевидно одно - в отношении юаня невозможное возможно.

Нет другого такого явления, как нефтяная торговля, рассчитывающаяся в долларах США, которое бы лучше доказывало об изменении баланса в отношении экономической мощи мира. Правда, завтра никто не станет в нефтяной сделке рассчитываться на юань. Зато динамично изменяется финансовая структура. Настоящий экономический спад ускоряет подъем Китая. В обозримом будущем Китай в замену США станет крупнейшей в мире страной-нефтепотребителем, что играет важную роль для укрепления юаня в сферах рассчета в сделках с нефтю и другими товарами.

На самом деле, в ходе финансовой глобализации и регулирования и оптимизации международной валютной системы правительства некоторых стран-нефтепроизводителей стали обращаться к покупателям с предложением о рассчете в других валютах, кроме долларов США. На этом фоне появились "нефтяные евро", "нефтяные японские иены" и др. Начался процесс складывания тенденции диверсификации валют в сделках и ценообразовании в сфере нефтяной продукции на международном рынке. Что касается Китая, где национальная валюта остается не свободно конвертируемой, ему приходится переживать двойное давление в виде увеличения себестоимости нефтяных сделок и ревальвации юаня.

Несмотря на это, поскольку Китай смог за сравнительно ограниченный период выйти на позицию второй по величине нефтепотребления страны вслед за США, многие страны выражают готовность к согласию с расчетом в юанях. В настоящее время страны-нефтепроизводители Персидского залива, Россия, Иран в нефтесделках с другими странами стремятся к расчету в других валютах. Исходя из этого, Китай также должен продвигать нефтяные сделки с расчетом в юанях.

Однако, если юань будет исопльзоваться как валюта расчетов в нефтесделках, то ожидается изменение в действующей международной нефтяной системе и международном экономическом порядке. К этому нужно подготовиться и внимательно поразмышлять о времени и о материальных условиях. Если цена доллара США резко снизится, то ожидается резкая девальвация доллара США, что вызывает беспокойство Китая, который хранит свое валютные запасы в долларах. По этим причинам Бразилия, Индия и другие развивающиеся страны, которые лучше, чем США, преодолели последствия финансового кризиса, уделяют большое внимание к программе пакетной валюты как замены доллара США. Это будет позитивно сказываться на расчетах в нефтяных сделках и сделках с другими товарами в юанях. В обозримом будущем будет представлен "нефтяной юань", напоминая "нефтяной евро" и "нефтяную японскую иену".

Эффект неожиданности.Кому? Объявленные лауреаты в список ожидаемых претендентов на премию не входили. Предпочтения отдавались Э. Фер (Цюрихский университет) и М. Рабин (университет в Беркли) - экономистам, занимающихся поведенческой экономикой Фаворитами считались и исследователи влияния окружающей среды на экономику У. Нордхаус (Йель) и М. Вейцман (Гарвард). Упоминались и экономисты, разрабатывающие монетарную экономику. Премию же получили американцы Элинор Остром (университет Индиана) и Оливер Уильямсон (Калифорнийский университет) за исследования в области экономической эффективности операций компаний в зависимости от их организационной формы.

Эффект неожиданности. За что? За то, что "создали основу для динамичных исследований управления экономикой, - говорится в мотивировке Королевской академии наук. - Исследования ученых показывают, что экономический анализ способен помочь в понимании самых разных организационных форм. Экономические трансакции присутствуют не только на рынках, но также и внутри компаний, объединений, семей и органов власти, в то время как экономическая теория освещает преимущества и недостатки рынка, она в меньшей степени уделяла внимание другим институционным формам".

Эффект неожиданности. Для чего? Может быть для того, чтобы стимулировать отдельные направления развития экономической мысли? В таком случае стимулируется институционализм, а конкретно - теория трансакционных издержек. Поскольку это издержки помимо цены, то есть издержки, связанные с обменом и защитой правомочий, то экономической мысли предлагается не исповедовать исключительно частное предпринимательство.

Эффект приятной неожиданности. Впервые за всю историю премии за достижения в области экономики ее получила женщина. Лауреатом стала Э?линор О?стром - американский политолог и экономист. Примечательно, что на ее пути лауреатской вершине - получение дипломов бакалавра искусств, магистра искусств и доктор философии. В своих работах Острем показала, как общая собственность может эффективно управляться объединениями