Лауреат - французский экономист Жан Тироль из университета Тулузы

Сфера внесенного вклада в развитие экономической науки.

В узком определении - сфера деятельности олигополий. В широком определении – регулирования тех отраслей, которые представлены лишь несколькими компаниями.

Разработана теория переговоров – теория контрактов с менеджерами высшего уровня.

Основные положения теории контрактов.

Первое – контракты не являются незыблемыми – их условия могут регулироваться и пересматриваться не только до момента заключения договора. В действительности контракт гибок, и его условия могут пересматриваться, если обе заинтересованных стороны придут к соответствующему соглашению.

Второе – фактор морального риска связывает итоговый размер компенсации со стоимостью акций компании (опционов на акции). Поэтому долгосрочный контракт мотивирует менеджера запросить на следующий год большую сумму в контексте обеспечиваемой им динамики производительности компании.

Третье - среди возможных схем оплаты большинство руководителей делают выбор в пользу рискованных моделей, что также объясняет причины высокой оплаты менеджеров олигополистических компаний.

Четвертое – причина выгодных правительственных контрактов – возможность их пересмотра в сторону повышения. Размер потраченных на проект средств не оставляет правительству выбора кроме как принять новые условия подрядчика, иначе сумма потерь будет больше. Кроме того, в дело может вмешаться другой правительственный подрядчик.

Пятое - не существует единственно верного алгоритма, заключения контрактов применимого в любой отрасли. Для каждой нужен свой набор инструментов. Необходим индивидуальный подход к регулированию отдельных отраслей, универсальный регулирующий механизм – не эффективен

Заявленный Россией "восточный поворот" является поворотом в направлении Китая. Попытки осмыслить его предпринимаются с трех сторон: российской, китайской, западной.

Оценки российских исследователей разделились.

Одни считают, что наращивание присутствия Китая соответствует не только тактическим, но и стратегическим целям экономического развития России. Наиболее радикальные сторонники этой точки зрения видят в таком наращивании эффективный ответ на общие для обеих стран цивилизационные и текущие вызовы.

Другие обосновывают противоположную позицию. По их мнению, поворот к Китаю – это ориентация на добычу сырья и на рынок одного покупателя, своего рода подсаживание на "китайскую иглу".

С китайской стороны исследовательский интерес к проблеме не так активно выражен. Отношение к российским возможностям с позиций китайских экономических интересов – более чем ровное и сдержанное, хотя во всех случаях положительное.

Умеренность в китайских оценках может быть объяснена более чем скромным местом России во внешних торгово-инвестиционных связях Китая. Сказывается и своего рода китайская философия экономических отношений, выраженная в идеологеме "никуда не отклоняться, не иметь слишком много и не иметь недостаточно".

Третья активная сторона исследовательского процесса – западная. Американские и европейские аналитики, впрочем, как российские и китайские, еще не отразили результаты своих исследований в фундаментальных работах. Но анализ публикаций на уровне статей позволяет обнаружить известную долю скептицизма в оценках китайской составляющей экономического роста России.

Корни скептицизма в рассчитанных ещё в начале XXI века сравнительных оценках объема присутствие Китая в экономиках США и России. В США он на порядок выше. В качестве аргументов приводятся и долларовые резервы Китая, и объёмы потоков товаров и капиталов, и потребительский набор полок в американских магазинах.

Обзор работ свидетельствует о дискуссионном характере эффектов "китайского поворота" России.